Александр Ревич Соколиная охота

I

Вдруг возникли цыганки в кустах — пальцы в кольцах, цвета, как с картины, словно ночью петарда — бабах! — смарагды, рубины, смарагды, рубины;

окружили, как воздух, меня, ослепили, как вспышки огня, смарагды, рубины, смарагды, рубины.

Блещут перстни, и столько утех в слове «моркош» — и пляска и смех… «Моркош! моркош!» — и в чащу лещины.

II

Трата-та-там, трата-та-там, над головой листва запела, веселый треск, зеленый гам и комариная капелла, вся зелень двинулась вперед, веселый барабанщик бьет, веселый марш листва запела, и этот барабанный стук — звучащий лист, скрипящий сук, там клен, береза, дуб, ветла там — трата-та-там, трата-тата-там! Над головой зеленый гам, зеленые усы и уши, жарь, барабан, не бей баклуши! Трата-та-там, трата-та-там! Враскачку дуб, ольха, каштан. Синь. Зелень. Зелень. Глохнут уши, бой барабанный глуше, глуше. Трата-та-там, трата-та-там. День. Лето. Зелень. Тарарам.

III

Полдень. Пчелы всюду, пчелы рядом. На откосе дух вьюнка медовый. Облака беспечным бродят стадом в волосах; как в зелени коровы. Моркош. Моркош. Небеса бездонны. Я лежу. Вокруг танцуют склоны.

IV

В низине река; достославна; широка; плавна; велика; глубока; быстротечна; извечна; судоходна; пресноводна; путь меж рядов ивняка; вдоль прибрежий и мелей; от предгорья до моря; для людей; лошадей; для питья; для купели; для мытья; для лодчонок бумажных; для судов трехэтажных; для казарок; для байдарок; для паруса; для коромысла; Висла?

V «Висла, наша Висла, дочь родной природы, родилась в Карпатах, к морю катит воды. Счастье жить над Вислой, в наших польских далях!» Дай нам, Боже правый, щеголять в медалях.

VI

Фотографы, трамвайщики, кухарки и вояки, толпясь, глазели на меня, как будто кто-то пред ними в образе луны или макаки, а я вопил под дубом: «Соколиная охота!» — и падал на колени, и вскакивал, и разом плясал и прыгал в небо, не различимый глазом. Смешались зелень, злато и вихрь, и сверк без счета. И горизонты двинулись походною колонной. А я вопил в охотку: «Соколиная охота!» — как будто встретил девушку в береточке зеленой. (Была туманна даль. Вихрь рвал траву, сгибал ограду, арбуз на голову надев, играл на скрипке «Первую бригаду».)

VII

Смекнув, что я не скажу им ни слова, мурашки в луче заходящем светила дневного разбежались по чащам, и, заслышав, «Охота! Охота!» — вновь явились цыганки, рубины, смарагды без счета, и кухарки с вояками, и трамвайщики с Воли все пытались в листве разглядеть оперенье соколье, чеглоков, клобучки и монеты времен Казимира или даже Артура, а там в облаках блеск рубина, смарагда, сапфира. А сокольников тени скрывались от тайных агентов, и держались подальше отары интеллигенток и интеллигентов.

(Смарагды, рубины. Смарагды, рубины. Свод небесный над Польшею хмур. Сапфиры, шпинели. Красотки, качели. «A Paris dans chaque faubcurg…»)

VIII

Смеркалось. Растаяли краски, печальные по-человечьи. Звезды з ажглись, и казалось: там дети, несущие свечи, и казалось, что вечер сошел с колеи. Все это случилось в Белянах средь леса густого в 1935 году от Рождества Христова. А «моркош» — цыганское слово, что-то вроде ЛЮБВИ.

2002

+1 спасибо
за ваш голос
В избранном Добавить в избранное Подождите...

Нажмите «Мне нравится» и
поделитесь стихом с друзьями:

Комментарии читателей

    Если в тексте ошибка, выделите полностью слово с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter, чтобы сообщить.