Курочкин Василий Степанович

Василий Курочкин В наше время...

1 ПРОЛОГ

Роскошь так уж роскошь — истинно беспутная; Бедность так уж бедность — смерть ежеминутная; Голод так уж голод — областию целою; Пьянство так уж пьянство — всё с горячкой белою.

Моды так уж моды — все перемудренные; Дамы так уж дамы — полуобнаженные; Шлейфы так уж шлейфы — двух- и трехсаженные; На пол нагло брошены камни драгоценные.

Нечто лучше женщины в красоте искусственной, С шиком нарисованной, чувственно-бесчувственной: Обаянье демона, ангела незлобие — Во втором издании «божие подобие».

Похоть так уж похоть — с роковою силою Деньгам, сердцу, разуму — всем грозит могилою: Старцы льнут и падают, как грудные деточки, И за ними дети их — плод от той же веточки.

Воры так уж воры — крупные, с кокардами; Кражи так уж кражи — чуть не миллиардами; )Куликов-мазуриков в эту пору грозную — Как на небе звездочек в ноченьку морозную.

Мелкие скандальчики с крупными беспутствами; Разоренья честные с злостными банкрутствами; Фокусы бумажные, из нулей могущества — И на каждой улице описи имущества.

И на каждой улице, с музыкою, с плясками, Разоряют вежливо, обирают с ласками, И — притоны мрачные, кутежи с злодействами, И убийства зверские целыми семействами.

И работа вечная и неугомонная, И холодность мертвая, строгость непреклонная, И с трибун словесников речь всегда медовая, И нужда молчащая, но на всё готовая.

Скорбь так скорбь безмолвная. Горе, как нахлынуло, Всё существование разом опрокинуло: Знает погибающий, что никто не сжалится, И, как сноп бесчувственный, сам в могилу валится.

Смех так смех насильственный, злобы не скрывающий, Или разухабистый и стыда не знающий, Или уж отчаянный, с умоисступлением — Над собой, над ближними и над всем творением.

2 ХЛЕБА И ЗРЕЛИЩ!

Денег! денег! денег! Вопль над целым краем, Все ожесточились, даже страшно стало… Мы друг друга гоним, топим, убиваем… Странно: ведь и прежде денег не бывало.

Нравы стали мягче, — молвить вообще-то, — Но еще ужасней вопли, стоны, вздохи. Что же дальше будет? Есть ответ на это: Разные потребы в разные эпохи.

Древний Рим был страшен всем земным владыкам. В нем существовала общая потреба — И не допускавшим отлагательств криком Грозно выражались: «Зрелищ нам и хлеба!»

Это был период варварского Рима. Нам такое зверство даже незнакомо. С знаменем прогресса, вьющимся незримо, Мы идем учебным шагом в три приема.

Но мечту Мадзини и добычу Пиев В стороне оставим, дело там не наше: Нам милей Архангельск, Петербург и Киев, А Москвы-старушки ничего нет краше.

Древле нам прогрессом не трубили в уши. Жили мы спокойно, жили-поживали, Продавали души, чтобы бить баклуши, И с душой девичье тело покупали.

Было всё согласно, было всё послушно — Старики, старухи, бабы, мужичонки В мнениях сходились все единодушно: Никакой душонки нет, мол, у девчонки.

Нынче хоть и то же, но не то уж дело — Сказано в писаньи: дню довлеет злоба — Так же продается и душа и тело, Но особо тело и душа особо.

Так же продается каждый шут приказный, Так же ждет в передней ласки и подачки И, хоть в новой форме, «целесообразной», Всё на тех же лапках комнатной собачки

Служит и доносит, хоть никто не просит, Хоть в какой поступит комитет негласный, Только не смотрите, что ливрею носит — Черт его ведь знает, может быть, он красный!

Всё переменилось. Женщины — поди-ка! — Так же ведь тела их продает нужда нам; Только вздорожали, как зимой клубника, А разврат дешевый пахнет чемоданом.

Зрелищ! зрелищ! зрелищ! — вскрикнули мы дружно. Подавай театров — частных и народных! Для людей развитых развлеченье нужно, Средство от запоя для крестьян свободных.

Зрелища иные жизнь дает без платы, В зале, где, святою скорбию томимый, С полотна на судей смотрит бог распятый — Христианской эры первый подсудимый.

+3 спасибо
за ваш голос
В избранном Добавить в избранное Подождите...

Нажмите «Мне нравится» и
поделитесь стихом с друзьями:

Комментарии читателей

    Если в тексте ошибка, выделите полностью слово с опечаткой и нажмите Ctrl + Enter, чтобы сообщить.